Воскресенье, 06 Июль 2014 00:08

Беседа на Матфея 6:5-13. Четвертое воскресенье после Пятидесятницы Избранное

Автор 

Сегодняшнее евангельское чтение поднимает перед слушателями и читателями очень непростую проблему – проблему безусловной веры. 

Отрывок рассказывает о том, как к Спасителю подошел римский офицер-центурион и попросил Господа исцелить своего слугу. Причем – заочно, только одним словом, не приходя к нему в дом.

 

Вера сотника имеет много граней, но, пожалуй, самое необычное в ней то, что солдат, который обратился к Христу за помощью, не требует при этом никаких гарантий, никакого внешнего эффекта. Просьба командира была не просто изъявлением некоего желания, а актом высочайшего доверия, когда проситель полностью полагается на власть того, кого просит.

 

Римский сотник явил пример живой веры. Он сразу признает Христа Господом и приводит параллель с жизнью в армии: как командир приказывает своему подчиненному, так и Спаситель может лишь одно слово сказать, чтобы свершилось то или иное событие. Центурион признает за Иисусом такую власть, которая не нуждается в перепроверке или в дополнительных санкциях. Господь говорит слово, и уже оно является залогом того, что дело будет сделано.

 

Вера офицера примечательна тем, что он язычник. В сегодняшнем евангельском эпизоде апостол Матфей очень жестко ставит разграничение между двумя типами религиозности. Один из них был явлен сотником, язычником, а второй – иудеями, современниками Христа. Так же, как и римлянин, многие из них тоже обращались к Спасителю с просьбами о помощи, с вопросами и даже требованиями. Однако подсознательный мотив этих обращений был иным. Они просили Христа не милости, а должного. В сознании большинства соплеменников Иисуса принадлежность к народу Израиля давала человеку нерушимое право обращаться к Богу и Его Пророку. Господь обязан был исцелять и творить чудеса Своему народу, потому что это – Его народ, Его люди. Он обязан все это делать.

 

Сотник же мыслит иначе. С одной стороны, Христос ему абсолютно ничего не должен, он – язычник, он даже и говорить со Спасителем не имеет права. С другой стороны, офицер понимает, что перед ним Бог, и поэтому дерзает у Него просить, но, опять-таки, не по праву, а по милости. Просить не за себя даже, не за своих родных, но за заболевшего слугу. И этот факт тоже не в пользу ветхозаветного Израиля, который всегда беспокоился своими интересами больше, чем чужими.

 

Вера центуриона – это пример для всех нас. К сожалению, у многих верующих бытует мнение, что исполнение Божьих заповедей гарантирует ответ Бога нам, что раз уж мы творим добрые дела, ходим в храм и участвуем в жизни Церкви, то Господь просто обязан дать нам просимое. И как трудно потом бывает принимать от Неба скорби и печали. Трудно потому, что ожидаем лишь хорошее. Не подозревая, что порою и худому нужно посетить нас, и что Творец лучше знает – что подавать, а что нет.

 

Сотник мыслил иначе. И только идя его путем, человек может научиться настоящей вере и настоящему принятию того, что нам посылает Бог.

 

Sotnik 2

Себастьяно Риччи «Сотник перед Христом», вторая половина XVII – начало XVIII веков
 
Если Вам понравился материал - поддержите нас!
Оцените материал
(0 голосов)
Прочитано 4669 раз Последнее изменение Воскресенье, 06 Июль 2014 19:03

Купить