Пятница, 20 Январь 2017 21:51

Цена простого слова

Автор 

21 января Церковь чтит память священномученика Виктора (Усова), одного из многих и многих, послуживших Богу и народу Божию, и мученически скончавшегося.

Священномученик Виктор родился в 1876 году в селе Всехсвятско-Орловский Погост Великоустюжского уезда Вологодской губернии в семье диакона Семена Васильевича Усова. После окончания в 1900 году духовной семинарии был назначен учителем в церковно-приходскую школу.

 

В 1904 году рукоположен во диакона к Благовещенской церкви в Кадниковском уезде, в 1907 году — во священника. В 1913 году отец Виктор был назначен служить в Богородице-Рождественскую церковь в селе Леваш в Тотемском уезде, где Господь судил ему быть не только пастырем, но и исповедником.

 

В 1935 году отец Виктор был арестован и приговорен к пяти годам лагерей. Концлагерь находился на берегу реки Сухоны, и заключенные здесь занимались тем, что целодневно вылавливали из ледяной воды плывущие мимо них порознь бревна, вытаскивали их на берег, связывали в плоты, и далее лес сплавлялся по реке плотами. От голода и непосильной работы священник не дожил до окончания срока. Отец Виктор скончался 20 января 1937 года и был погребен в безвестной могиле.

 

Чем была существовавшая в течение столь длительного времени власть, имевшая спорное самоназвание «советской», при которой не было в жизни, строимой ею, советов? Весьма опасно бывает для человека, когда объявленная людьми модель государственной жизни разительно отличается от реальной действительности, приучая человека как к норме к систематическому раздвоению личности, что для страны обратилось в рознь, которая достигла едва ли не каждой семьи, когда после 900 лет торжества христианства вдруг снова грозно зазвучали слова Христовы: «Предаст же брат брата на смерть, и отец — сына; и восстанут дети на родителей и умертвят их» (Мф. 10:21).

 

Когда-то Христос, воплотившись, и придя в этот жестокий, грешный, языческий мир, и отделив истину от лжи, тем самым провел это разделение и в каждой семье. Но тогда, в начале ХХ века, уже не Христос, а дьявольское зло по отступлении многих от Христа коснулось каждой семьи и, набирая себе поклонников, с помощью государства попыталось отвратить человека от Истины. И каково было переживать пастырю, всю жизнь подвизавшемуся на ниве служения народу, в каком-нибудь дальнем благам городским, но близком Богу селе, придя по приглашению больной прихожанки ее причастить, вдруг увидеть на стене броский плакат: «Попы — враги рабочих и крестьян», а в красном углу вместо икон — «уголок Ленина». Отец Виктор мягко посоветовал дочери больной не занимать по крайней мере красный угол такими плакатами, а хотя бы совместить их с другими, например: «Где совет — тут и свет, где любовь — тут и Бог», и прибраться в избе да посидеть около матери день, хотя бы для этого и пришлось пропустить занятия в школе. Над этой рознью в семьях в то время черными воронами кружились представители государственной власти, выдававшие себя за самое государство, и самый простой разговор и совет могли быть сочтены ими за антигосударственную деятельность.

 

О, великое простодушие пригласившей священника женщины, не понимавшей, что именно считает власть проявлением враждебных для себя начал! Все благожелательные советы священника о совете-свете, любви и Боге были ею сообщены следователю. Все это было поставлено священнику в вину.

 

«Признаете ли себя виновным, — спросил отца Виктора следователь НКВД, — что вы были приглашены к больной для причащения и когда вы находились в ее квартире, то рекомендовали дочери больной, ученице школы, в субботу не ходить в школу, а также рекомендовали ей написать религиозные лозунги: "Где совет — тут и свет, где любовь — тут и Бог"?»

 

Что же оставалось делать священнику, как не сказать: «Я действительно ходил причащать больную и ее дочери, ученице школы, говорил, что если соблюдать чистоту в квартире, то во время болезни матери нужно не ходить в субботу в школу, а мыть полы. Этой ученице я рекомендовал написать: "Где совет — тут и свет, где любовь — тут и Бог". Я рекомендовал это, не видя в лозунге ничего контрреволюционного».

 

Школьники, жившие в селе, где служил отец Виктор, любили храм, любили принимать участие в богослужениях и, с удовольствием участвуя в крестных ходах, несли иконы. Теперь детей принуждали давать показания против духовного отца. На допрос в НКВД были вызваны в качестве свидетелей школьный учитель, ученики девяти, одиннадцати и двенадцати лет и ученицы 4-го класса — так власть убивала души детей, принуждая их к лжесвидетельствам. Взрослые участники этого нравственного преступления, казалось, забыли слова Христовы: Кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской (Мф. 18:6).

 

На основании подобного рода показаний в судебном заседании 11 сентября 1935 года было признано, что отец Виктор «среди населения, а особенно среди школьников, проводил открытую контрреволюционную деятельность, выразившуюся в том, что, посещая квартиры школьников, рекомендовал убирать организованные ими "уголки Ленина", "учебы" и "здоровья", а также предлагал вывешивать лозунг: "Где совет — там и свет, где любовь — тут и Бог"». Суд приговорил священника к лишению свободы «с отработкой в лагерях НКВД сроком на 5 лет», взыскав с него судебные издержки в размере 20 рублей. Никогда еще народ в такой степени открыто не содержал за свой счет палачей, оплачивая им все этапы по своему собственному убийству.

 

Рассматривая старые фотографии, портреты людей минувших дней, волей-неволей задаешься вопросом об их дальнейшей судьбе. Но на этот вопрос не всегда возможно ответить, потому что мы часто даже не знаем, кто изображен на многих из них. Когда видишь сотни тысяч этих судеб, история ХХ столетия представляется каким-то гигантским полем, на котором в течение двух десятилетий при отсутствии межгосударственных войн шла война и погибало множество безоружных людей.

 

Священники Геннадий и Виктор Усовы (сидят слева направо),
диакон Александр Усов и Александр Иванович Кузнецов (стоят). 1912 год.

 

На фотографии 1912 года, сделанной в старинном городе Тотьме, мы видим священнослужителей храмов Вологодской епархии. Слева сидит священник Геннадий Усов; он был арестован и содержался в исправительно-трудовых лагерях Беломорско-Балтийского комбината, где и скончался в 1936 году. Справа — священномученик Виктор Усов. Слева стоит диакон Александр Усов, скончавшийся в 1930-х годах, оставивший семерых детей, которых воспитывала его сестра с мужем, Александром Ивановичем Кузнецовым, изображенным на фото справа от него, кому он и препоручил заботы о своей семье. Только Александр Иванович и дожил до 1963 года, скончавшись своей смертью, а не от насилия людей или бедствий эпохи.

 

ФОМА

 

Если Вам понравился материал - поддержите нас!
Прочитано 521 раз

Купить