Вторник, 04 Июль 2017 10:11

Два крыла единой молитвы

Автор 

3 июля исполнился ровно год с начала Всеукраинского крестного хода мира, любви и молитвы за Украину.

«В лето от Рождества Христова 2016-е крестоходцы прошли землями Украины и достигли Киева». Наверное, так древние летописцы записали бы в своих хрониках о свершившемся год назад событии. Почти весь июль, преодолевая усталость, под палящим солнцем и проливными дождями верующие Украинской Православной Церкви прошли сотни километров по епархиям в сопровождении самых чтимых святынь нашей земли.

 

Для большинства участников этот Крестный ход стал настоящим подвигом, ведь шли обычные люди, не имеющие ни какой-то особой физической подготовки, ни специальной экипировки, облегчающей преодоление таких длительных расстояний. Люди забыли о самом понятии комфорта.

 

Несмотря на агрессивную кампанию в СМИ, сопровождавшую Всеукраинский крестный ход мира, любви и молитвы за Украину, крестоходцы преодолели все тяготы, чтобы едиными устами прославить Бога и Его милостью приблизить долгожданный мир в нашей стране. А еще — показать, что судьба Украины — в руках самих ее сынов и дочерей и что Церковь не стоит в стороне от тех процессов, которые происходят в обществе.

 

Журналисты «ФОМЫ в Украине» пообщались с координаторами Всеукраинского крестного хода и задали вопросы тем, кто все эти напряженные дни находился в эпицентре событий.

 

На вопросы ответили:

 

протоиерей Виктор Земляной, куратор западной ветви Всеукраинского крестного хода, настоятель Свято-Воскресенского храма города Острога (Ровненская епархия)

 

 

 

 

 

o Ioasaf Kovetskiyархимандрит Иоасаф (Ковецкий), куратор восточной ветви Всеукраинского крестного хода, клирик Свято-Троицкого Браиловского женского монастыря (Винницкая епархия)

 

 

 

 

Какова основная цель Всеукраинского крестного хода? Как вы считаете, удалось ли ее достичь?

 

Протоиерей Виктор Земляной:

— Здесь есть два аспекта: общецерковный и личностный. Если брать общецерковный, то цель, конечно, молитва о мире. Известно, когда идет крестный ход, очищается вся земля. И так действительно происходило. Людей, которые шли, объединяла молитва о мире в нашем Отечестве.

 

Если брать личностный аспект, то каждый человек, который шел в Крестном ходе, имел, конечно, какие‑то свои особые переживания, собственные духовные цели, часто очень сокровенные.

 

Когда я получил благословение заниматься организацией Крестного хода, это было такое чувство, знаете... постоянного напряжения, потому что ты несешь колоссальную ответственность за все и за всех... То, что происходило во время шествия, — чудеса разные и так далее, — я не сразу их мог осмыслить. Лишь сейчас, когда проходит время, все заново прокручивается в памяти и анализируется...

 

Вот, например, сегодня проснулся в 7:30 утра. Вскакиваю и думаю: «7:30! А мы же в 6:00 должны были выходить!» (смеется). То есть я еще живу этим, понимаете? Эти все чувства еще крепко держат.

 

Я принимал раньше участие в других ходах, меньших по масштабам. Всеукраинский крестный ход — это нечто особое, когда звонят со всей Украины, поддерживают, когда ни в чем не нуждаешься по дороге: тебя кормят, одевают, за тебя переживают. Вот это всё и дало мне лично возможность в полной мере понять, что Церковь наша есть действительно наша Мать, а мы все — ее дети, одна большая православная семья. Господь — это общий Отец наш.

 

 Момент отправления Крестного хода из Свято-Успенской Святогорской лавры 3 июля 2016 года. Отсюда в столицу двинулась восточная ветвь шествия.

 

Архимандрит Иоасаф (Ковецкий):
— Главная цель Крестного хода — соборная молитва о мире. Чтобы мы все жили мирно, в духовном достатке, чтобы не было вражды между братьями, между всеми нами. Ведь то, что сейчас творится, — междоусобная брань, которую разжигают искусственно. Если отбросить весь морок манипуляций, то окажется, что нам нечего делить и незачем разделяться. Мы шли с мольбой о долгожданном мире на нашей земле и за подлинное единство нашего многострадального народа.

 

Какими будут последствия нынешнего Крестного хода? Не знаю — один Бог весть. Это мы увидим спустя какое‑то время. Но то, что молитва не бывает бесследна, — не сомневаюсь. Ведь мы умилостивляем Господа именно молитвой, особенно всенародной. Тому есть много примеров в Священном Писании и в многовековой истории нашей Церкви — когда народ истинно каялся и с верой взывал ко Творцу, Господь принимал эту малую жертву и посылал утешение людям Своим. Молитва и вера — вот то оружие, которым мы можем по‑настоящему оперировать.

 

Сколько людей на вашем направлении принимало участие в Крестном ходе? Кто шел вместе с вами? Что побудило паломников принять участие в многодневном шествии?

 

Протоиерей Виктор Земляной:
— Я вам расскажу об одной женщине из Ковеля. У ее дочери онкологическое заболевание. Мать взяла себя в руки, приехала и шла до самого Киева. Ее мотивация — желание помочь своему ребенку. Она верила и верит в то, что общая молитва — столь сильная, горячая — поможет вылечиться ее дочери.

 

>Или знаменитая уже девочка Феодотия. Ей 11 лет. У нее такие глубокие мысли о вере, о Боге, что порой удивляешься, как ребенок может это все понимать. И мало того, что она с нами шла (со своей тетей), — под конец к Крестному ходу присоединилась и ее мама — человек на костылях. Но, несмотря на болезнь, женщина с нами три дня прошла. Большая любовь и доверие Богу и Церкви — вот что дает Крестный ход.

 

По разным местам шло разное количество людей. У меня не было списков. Вот идут со мной богомольцы, их надо положить спать, накормить и так далее... Все по воле Божией. Сколько идет — столько кормим. Если одежда или обувь порвалась — надо одеть, обуть, носками обеспечить. Лечить по дороге.

 

У нас было минимальное количество — это тысяча человек в Хмельницкой области, а максимальное — более десяти тысяч на подходах к Киеву.

 

Очень удивил и порадовал меня город Острог, где я служу. У нас там всего два храма — кафедральный собор и моя церковь, где я настоятель. Да еще монастырь в Межиричах (это село рядом). Когда мы там шли, нас было около восьми тысяч человек. А в городе живет всего 12 тысяч человек. Почти все жители присоединились. Это равносильно тому, если бы в Киеве пришло три миллиона человек на Крестный ход. Этот случай — показатель большого доверия в народе Богу и Церкви!

 

В Остроге икону на въезде в город встретили дорожкой из цветов, а потом, когда мы начали идти, видим, что люди устлали цветами дорогу через весь городок (а это примерно два километра)! Представляете? «Под ноги Божьей Матери», — так они говорили.

 

Западная ветвь шествия двинулась из древней Свято-Успенской Почаевской Лавры 9 июля. Число участников этого направления колебалось от тысячи до десяти тысяч человек. 

 

Архимандрит Иоасаф (Ковецкий):

— В Крестном ходе от Святогорской до Киево-Печерской Лавры приняли участие тысячи людей. На каких‑то участках шел костяк — от 150 до 400 человек. В Харькове, Полтаве, Киеве количество участников доходило до многих тысяч участников.

 

Это был действительно весь срез нашего населения. Собрались очень разные в обычной своей жизни люди. Были и чиновники, и депутаты разных уровней, и простые люди. Шли целыми семьями. Это не только бабушки — наши «белые платочки». В шествии даже дети участвовали — те, у кого молитва самая чистая. Всех этих людей одним словом можно охарактеризовать — верующие. Те, которые горят желанием сделать что‑то для страны и ближних своих.

 

С какими главными радостями и трудностями столкнулись вы и ваши спутники во время Крестного хода?

 

Протоиерей Виктор Земляной:
— Были трудности местами. Но все‑таки, знаете, наш православный народ — это сила. Люди сами на себя все взяли, за считанные часы все ошибки исправили.

 

А радость? Житомир, конечно и владыка Никодим... Это что‑то особенное! Просто земной поклон ему в ноги.

 

У него вообще никаких проблем не было. «Расселить сколько человек надо?» — «Две тысячи» — «Пожалуйста». Прихожанам объявили, батюшки автобус подогнали, крестоходцев к себе на приход забрали... Все это просто, без надрыва... И ведь Житомирская епархия «терпела» нас дольше всех — семь дней.

 

Наша западная ветвь хода попала в полосу дождей. Не все оказались к этому готовы. Я купил несколько сотен дождевиков. Потом, когда мы уже доходили до села Ставище Овручской епархии, подъехал джип, мужчина говорит: «Смотрю — люди идут, кто‑то укрыт от дождя, кто‑то еще без дождевика. Вот вам 300 дождевых пакетов». И раздал их нам. Разве это не чудо?

 

Мы все были очень уставшие — прошли более тридцати километров под постоянным дождем. Пришлось подключать дополнительные силы. Помогла Киевская епархия. Буржуйки привезли местные жители, чтоб как‑то согреться. Представьте — дождь, все промокшие, лечь спать с детьми в армейских палатках, где толщина соломенной подстилки два сантиметра, — это было как‑то не по‑человечески. Что делать? Оказалось, что неподалеку один грузин строит кафе. В нем уже все готово, только мебель осталось завезти, и батюшка из села Ставище обратился к нему, мол, помогите. Он: «Ну как же! Грязи нанесут!»

 

Я беру номер телефона этого бизнесмена, звоню ему, говорю: «Слушай, дорогой, а ты знаешь отца Кахабера — духовника всех грузинов в Киеве?» — «Да, знаю». — «Вот я ему скажу, как ты...» — «Нет-нет. Не говорите отцу Кахаберу!»

 

Приехал, открыл кафе, зажег камины. Люди согрелись — очень хорошо все закончилось для нас. На второй день все встали, обошлось без единого чиха — ни у кого не было простуды.

 

 

В Харькове восточная ветвь Крестного хода объединила около десяти тысяч участников. Многие верующие принимали участие в молитвенном шествии целыми семьями, включая детей.

 

Архимандрит Иоасаф (Ковецкий):

— Мы раньше вышли, чем Почаевский Крестный ход. Значительную часть пути стояла сильная жара. Воду нам подвозили регулярно, но люди просили больше. И вот один незнакомый мужчина привез много воды в маленьких бутылочках. В таких случаях понимаешь, что это не мы просили, а Матерь Божья его послала для того, чтобы людей Своих утешить.

 

Я уже не говорю о носках, которые целыми сумками привозили людям.

 

Крестный ход помогает современному человеку вырваться из потока будней. Все по‑другому видишь. Душе есть где развернуться, воспарить.

 

В любом крестном ходе открываешь, что без молитвы, без Господа мы ничто. А именно после Всеукраинского крестного хода я обрел уверенность, что народ наш православный, Церковь наша и то торжество Православной веры, которое мы пережили, — не угасаемо. Хотя наши противники стараются всячески заглушить этот зов, показать все совершенно в другом цвете — Бог поругаем не бывает.

 

Было ли что-то необычное во время шествия? Чудеса случались? Что удивило в этом Крестном ходе?


Протоиерей Виктор Земляной:
— Разных чудес очень много было... У одного парня из охраны Крестного хода — Александра — долгое время были красные пятна на руке. На третий день шествия у него все эти пятна пропали.

 

А Анна из Ровно начала свидетельствовать о том, что ее двухлетний внук, у которого ДЦП и который практически не двигался, встал на ножки. Она девять раз прошла с молитвой под иконой и такое чудо сотворилось.

 

Известная многим матушка Рафаила из Корецкого монастыря говорила: «Я по двору обители час хожу — больше не могу — ноги болят. А тут я прошла десятки километров».

 

Чудеса по вере и по милости Божьей происходят в жизни часто, важно лишь уметь их видеть.

 

Архимандрит Иоасаф (Ковецкий):

— Настоящее чудо — это Церковь наша, наши люди. Жители сел, через которые шел ход, столы накрывали такие, что я просто диву давался! Настолько люди благодушно, в добром расположении сердца подходили к нам. Люди видели подвиг крестоходцев и хотели им помочь во всем, не только продуктами и провизией.

 

И, конечно, были чудеса исцелений. Например, одна женщина после того, как окунулась в источник Горбаневской иконы Божьей Матери, получила исцеление. Это было на Полтавщине.

 

Еще случай: мужчина опрокинул на себя кипяток. А потом еще нес здоровенный рюкзак. То есть он обожженный был и вдобавок растер плечи ремнями рюкзака. Он получил исцеление после того, как я помазал его освященным маслом.

 

Как «раскрывались» крестоходцы по мере пути? Как вели себя дети? Что можно узнать вообще о человеке, исходя из этих наблюдений?

 

Протоиерей Виктор Земляной:
— Объективно шествие меняло людей, и они делали то, на что не отважились бы в «обычной» жизни.

 

Впомнился случай, как одна бабулька из Межиричей позвонила дочери, говорит: «Давай выйдем в Кунев. Я хочу до Межиричей дойти ногами». Дочь говорит: «Какой Кунев? Ты в магазин не можешь дойти, у тебя давление». В общем, дочь не захотела. Эта бабушка села в маршрутку сама, едет в Кунев — это двенадцать километров от Межиричей. Начала идти Крестным ходом — нормальное давление, ничего у нее не болело... Пришла в монастырь. Пока шла, познакомилась с некоторыми людьми, забрала их к себе домой поесть, переночевать и на второй день привела на службу, постояла на ней. Пришла домой и только потом вспомнила, что у нее же давление!

  

 

Архимандрит Иоасаф (Ковецкий):

— Дети — вообще отдельная тема. Можно в целом сказать: это ангелы среди нас. Наблюдая за крестоходцами со стороны, я был удивлен стойкостью младших, их умением переносить трудности и различные непредвиденные обстоятельства. Сначала вроде бы шли, им тяжело было идти — однообразие, усталость. Они похныкивали, возмущались слегка. А как дошли до места стоянки — все взрослые изможденные попадали, а дети дальше бегают — в футбол играют, на качелях катаются, друг за дружкой гоняют. Наши детки — это те, кто нас поддерживал своей молитвой. Без их молитвы — не знаю, как Крестный ход бы прошел. Они наше будущее, наши молитвенники, наши защитники, потому что детская молитва действительно сильна. Они заступничество Матери Божьей испросят в первую очередь, скорее нас.

 

В СМИ и соцсетях Крестный ход сопровождал небывалый ажиотаж. Это влияло на ваш путь? Был ли страх или ответная агрессия у людей?

 

Протоиерей Виктор Земляной:

— Ответной агрессии не было. Страх у кого‑то, возможно, и был, но это никак не проявлялось. Провокаторов мы вообще не боялись. Ну, а наши СМИ — они же всех убеждают, что нас уже почти нет, понимаете? Что мы враги народа.

 

Все это уже было в истории Церкви, и не раз. Но это время, на самом деле, очень благодатное, сейчас мы видим, кто есть кто.

 

Я с 2006 года вынужден разбираться с межконфессиональными конфликтами, и я прекрасно отдавал себе отчет: если мы, как участники Всеукраинского крестного хода за мир, проявим слабость, будут очень серьезные последствия и для Церкви, и для всей страны. Мы выстояли и дошли. Всем стало очевидно, кто есть кто. Кто Божий, а кого от икон корежит.

 

Архимандрит Иоасаф (Ковецкий):
— Мы не слышали всей этой мерзости, летящей в нашу сторону, мы пели свою песнь Богу. Такой опыт закаляет.

 

Однажды я попытался поговорить с противниками шествия и, честно говоря, очень расстроился. Они ничего не слышат и слышать не хотят. Полицейские, которые старались лояльно подойти к этому вопросу, выстроить диалог сторон, говорили нам: «Простите, там ведь не с кем разговаривать, даже не пытайтесь. Им нужен только конфликт».

 

Наши оппоненты даже не понимают, что они творят... Я благодарен тем смелым журналистам, которые показывали Ход таким, каким он был на самом деле. Все, у кого есть глаза и совесть, увидели правду и разобрались в мотивах и крестоходцев, и тех, кто становился у них на пути.

 

Какое ваше самое главное открытие после Крестного хода? Каким лично вы видите рецепт мира в Украине?

 

Протоиерей Виктор Земляной:
— Рецепт есть. Это Церковь наша. Это Блаженнейший Митрополит Онуфрий.

 

Видите ли, чтобы что‑то понять, нужно это пережить. Для нас, православных, главное открытие — это то, что мы действительно одна большая семья. Блаженнейший как‑то сказал очень важные слова: «В семье два сына, они побились. На чью сторону должен стать отец?» Я понял это так: Бог — это наш Отец, а Церковь — наша Мать. На чью сторону должна стать Церковь — Востока или Запада, или еще на какую‑то политическую? Мать говорит: «Дети, покайтесь, образумьтесь, что вы делаете?» Сегодня к этому призывает Церковь. Она говорит: «Покайтесь, возьмитесь за голову, проявите любовь друг к другу, снисхождение, дружбу, терпение».

 

Я думаю, что рецепт мира прост: больше и искренне молиться, больше каяться и, конечно же, объединиться вокруг канонической Украинской Православной Церкви.

 

Архимандрит Иоасаф (Ковецкий):
— Мы шли с молитвой на устах для того, чтобы Бог изменил Свою волю о нас и нашей земле, чтобы начал действовать Он. Если бы каждый понимал, что за мир нужно слезно и сердечно молиться, такой беды бы с нами не было. Покаяние и молитва — вот рецепт мира в Украине.

 

Обе ветви Крестного хода слились воедино 27 июля в Киеве, у Владимирской горки.


Фото Сергея Рыжкова

 

Если Вам понравился материал - поддержите нас!
Прочитано 500 раз

Купить