Пятница, 15 Апрель 2016 14:13

Исповедь бывшего кибер-спортсмена

Автор 

Компьютерные игры — это однозначное зло? Они недопустимы для православных людей? Они вредны детям? С ними надо бороться? Давайте разберемся.

Среди православных людей существует расхожий стереотип: компьютерные игры безусловно вредны, особенно детям и подросткам. Это дьявольское изобретение, с которым нужно активно бороться. Причем основной метод борьбы — запретительство. Родители должны запрещать игры своим детям, а государство — своим гражданам. Однако... Однако многие противники игр на самом деле плохо представляют, что же это такое — оттого их аргументация бывает довольно слабой, неубедительной.

 

А может быть, никакой опасности в компьютерных играх и нет? Чтобы разобраться в этом, мы обратились к людям, которые не понаслышке знакомы с проблемой. 

 


Справка


Александр Милевский родился в 1980 году. Получил высшее образование по специальности «инженер в информационных системах в экономике». Работает инженером-программистом в сфере конвергентных биллинговых решений для операторов сотовой связи. Инструктор по горному тризму, призер ряда турниров по каратэ, увлекается поэзией, фотографией, пением.

 


 

С компьютерными играми я познакомился еще в школьные годы. Тогда, в середине 90‑х, не было какого‑то единого игрового сообщества, компьютерные классы только-только открывались, а о клубах и интернет-кафе не было и речи. Играли в основном в «стрелялки», такие, как Wolfenstein 3D и Doom. С них я и начинал. Позже появились Doom II и Duke Nukem 3D, а затем пришла эра Quake.

 

Из всех режимов игры меня более всего привлекал сетевой — это когда несколько человек (каждый со своего компьютера) соревнуются между собой в едином игровом киберпространстве. Цель такого соревнования — виртуальное убийство себе подобных, где за каждого убитого соперника вам начисляется очко — «FRAG», после чего противник тут же перерождается и данная схема повторяется в режиме скоростного конвейера...

 

Я, тогда еще мальчишка пятнадцати лет, довольно быстро набирал обороты. Играя мышью, одержал победу на первом чемпионате по Doom-II, а позднее, с выходом Quake, основал один из первых кланов города. Вокруг меня сформировался круг столь же увлеченных людей, которые вошли в состав новой команды.

 

В процессе игры самым ценным для меня было удовольствие, которое испытываешь, одерживая верх над противником. Почувствовав однажды вкус настоящей победы, ты становишься буквально одержим желанием побеждать снова и снова (и разработчики игр это прекрасно понимают). Как ни странно, таким же стимулом для меня было и поражение, это «подстегивало», заставляло уделять больше времени тренировкам и разработке новых тактических схем — всего того, что давало шанс получить преимущество над другими.

 

Когда мы собирались вместе и начинали играть, благодаря общему настрою атмосфера вокруг заряжалась настолько, что казалось, готова была извергать молнии. И стремясь к общей цели, глубоко переживая поражения и победы, мы превращались в единое целое — мощное и всесокрушающее нечто.

 

Но потребность испытывать подобное состояние вскоре стала для нас чем‑то жизненно необходимым. В этом состоянии есть все — и радость, граничащая с восторгом и эйфорией, и резкие перепады настроения — от счастья до депрессии, и мощнейшие выбросы адреналина, и забытье в игре. Прибавьте сюда духоту игровых помещений, замкнутость пространства, нервное перенапряжение и многочасовое сидение у мониторов, без еды, сна и отдыха.

 

Подобный режим стал для меня повседневной нормой. Я стал очень несобранным, раздражительным и вспыльчивым, при этом на любые замечания реагировал крайне остро. От переутомления у меня часто возникали слабость и тошнота. Я плохо спал, часто с жуткими навязчивыми кошмарами. Закрывая глаза, почти постоянно видел перед собой мелькающие кадры пройденных уровней игры. В полубредовом состоянии это обычно сопровождалось непроизвольными подергиваниями тела, реагировавшего на то, как в сознании проигрывались сцены ухода от ракет противника или прыжки.

 

Я все понимал, но не желал отказываться от своего образа жизни, подсознательно ища оправдание и упорно отодвигая поиск выхода из сложившейся ситуации. Действительно, стоило мне на время воздержаться от игр, как тут же возникало чувство опустошенности и тревожного беспокойства, казалось, я все время куда‑то опаздываю, мне чего‑то остро не хватает. Все мысли были только об игре, ведь таким образом я пытался воссоздать внутри себя привычную обстановку, проигрывая в сознании возможные схемы развития той или иной игровой идеи.

 

Из-за того, что компьютерные игры подразумевают сидячий образ жизни, мое состояние ухудшалось. Конечно, что‑то я все же замечал, старался делать зарядку, поддерживать себя в форме — но этого было недостаточно.

 

Хотя нельзя сказать, что в увлечении стрелялками и стратегиями существуют только отрицательные стороны. Конечно, есть и положительные: подобные игры отлично развивают реакцию, ориентацию на местности, боковое зрение, мышцы кистей, стратегическое мышление. Однако стоит ли это безвозвратно потраченного времени и «посаженного» здоровья? К тому же все эти навыки можно развить и другими способами. Но я был юн, совершенно не задумывался о будущем, и мне казалось, что ресурсы организма неиссякаемы и моим возможностям нет предела.

 

Так прошло десять лет. Как кибер-спортсмен я добился многого, внес вклад в развитие и становление кибер-движения, завоевал титул чемпиона города, а созданный мною клан в течение трех лет держал пальму первенства города, после чего мы покинули игровую арену, так и оставшись непобежденными.

 

Но на протяжении всей игровой карьеры я мучился, терзаемый противоречиями между верой и гордыней. Тщетно пытался примирить свое православное мировоззрение с игровым миром. Ведь там изобиловала антихристианская символика с идеологией всеразрушающего зла. А это пробуждало во мне низменные чувства, ведущие к упоению собственной силой и превосходством.

 

К православной вере я пришел еще в детстве, поэтому все происходящее мне было изначально чуждо. Я понимал, что порабощен самой настоящей страстью, и искренне раскаивался. Но ловушка оказалась весьма изощренной, поэтому избавиться от зависимости было очень трудно.

 

Я несколько раз уходил из кибер-спорта, но возвращался вновь, пока окончательно не отказался от игр. И я уверен, что в этом мне помогла не столько сила воли, сколько вера и молитвы за меня моих близких, в первую очередь — мамы.

 

Если Вам понравился материал - поддержите нас!
Прочитано 881 раз

Купить