Вторник, 24 Март 2020 18:37

20 вопросов о грехах

Автор 

Правда ли, что злом считается всё, что доставляет человеку радость? Грех ли выйти замуж по расчёту? Бездетность — наказание за грехи? Просить повышения зарплаты — гордыня?..

Говорят, что православные спокойно грешат, потому что знают, что всегда могут покаяться.

 

На самом деле того, кто спокойно грешит в надежде на будущее покаяние, нельзя назвать ни православным, ни христианином, ни просто — верующим. Даже живым его можно назвать лишь с определенными оговорками. Это духовно мертвый человек, уже не чувствующий боли от совершаемого греха. Ведь каждый грех — рана, которую мы наносим сами себе, это такое же нарушение нормальной жизни нашего естества, как удар молотком по пальцу или топором по ноге. Просто физические удары причиняют вред телу, а духовные (грехи) калечат в первую очередь душу. И если такое самокалечение не сопровождается страданием души, стыдом, чувством вины, это может означать лишь одно: душа уже омертвела, словно потерявшая чувствительность омертвевшая часть тела. В православной традиции такое состояние души называется окамененным нечувствием. Выйти из такого мертвого состояния бывает очень непросто, порой — лишь через очень сильные потрясения и скорби

 

Поэтому «спокойно грешить» для человека, живущего здоровой духовной жизнью, — это примерно то же самое, что спокойно лизать железо на морозе. Как говорится, попробовать можно, но только один раз. Дальше спокойствие почему‑то тут же заканчивается, и приходится срочно бежать за помощью в травмпункт. Ну, или — на исповедь.

 

Говорят, что помимо обычных есть какие-то особые смертные грехи…

 

На самом деле любой грех несет смерть, потому что отлучает нас от Бога. Но есть грехи, отлучающее действие которых переживается человеком особенно сильно.

 

Святитель Феофан Затворник пишет об этом так: «Смертный грех есть тот, который отнимает у человека нравственно-христианскую жизнь его. Если нам известно, в чем нравственная жизнь, то определение смертного греха не трудно. Жизнь христианская есть ревность и сила пребывать в общении с Богом исполнением Его святого закона. Потому всякий грех, который погашает ревность, отнимает силу и расслабляет, отдаляет от Бога и лишает Его благодати, так что человек после него не может воззреть на Бога, а чувствует себя отрываемым от Него; всякий такой грех есть грех смертный. Об этом грехе говорится, когда говорится: "есть грех к смерти" (1 Ин. 5:16). <…> Такой грех лишает человека благодати, полученной в крещении, отнимает Царство Небесное и отдает суду. И это все утверждается в час греха, хотя не совершается видимо. Такого рода грехи изменяют все направление деятельности человека и самое его состояние и сердце, образуют как бы новое исходище в нравственной жизни; почему иные определяют, что смертный грех есть тот, который изменяет центр деятельности человеческой».

 

 

Альберт Анкер «Чтение у постели деда», 1893 г.

 

Говорят, что мы все заслужили наши болезни, каждая из них — последствие какого-то греха.

 

На самом деле, объяснительная палитра христианства в этом вопросе шире банального кармического принципа воздаяния. Хотя, конечно, странно было бы отрицать взаимосвязь греха и болезни, зная, например, как развивается цирроз печени у хронического алкоголика или гепатит у наркомана. В то же время мы знаем из печальной практики, что тем же гепатитом иногда заражаются ни в чем не повинные люди из‑за неаккуратности медицинского персонала. Целый ряд тяжелейших болезней передается генетически, по наследству. Наконец, болеют совсем маленькие дети, которые еще никак не могли «заслужить» такого воздаяния. Поэтому взгляд на болезни как на последствия грехов конкретного человека вряд ли можно считать правильным с точки зрения христианства. Отпав от Бога, первые люди с тали подвержены болезням и смерти. Эту греховную поврежденность своей природы они передали всем последующим поколениям своих потомков. Каждый из нас уязвим для болезней прежде всего по факту самой принадлежности к человеческому роду, пораженному грехом. А уж по каким причинам разные люди страдают от разных недугов, почему одним страданий попущено больше, другим меньше — тайна Промысла Божия. Искать на это ответ, соотнося болезни и грехи каждого отдельно взятого человека, так же неразумно, как пытаться объяснить различную степень повреждений у пострадавших на пожаре их личной нерасторопностью и рассеянностью.

 

Почему в Церкви считается, что сильно привязываться к домашним животным и очеловечивать их — это грех?

 

Потому что животное — это животное, а человек — это человек. Очеловечивать животных так же неправильно, как расчеловечивать людей. А вот какое отношение к животным с христианской точки зрения можно считать правильным — это вопрос куда более точный и важный. Сергей Есенин признавался, что «…зверье, как братьев наших меньших, никогда не бил по голове» и был счастлив таким своим отношением к ним. В этой стихотворной строке поэт очень близко подошел к христианскому пониманию вопроса. Животные — зависимые от человека существа. А старший и более сильный всегда относится к младшему с благородством и сочувствием (если, конечно, он стремится жить нравственно). Святой праведный Иоанн Кронштадтский писал: «Не дыши злобою, мщением, убийством даже на животных, чтобы твою собственную душу не предал смерти духовный враг, дышащий в тебе злобою даже на бессловесных тварей, и чтобы тебе не привыкнуть дышать злобою и мщением и на людей. Помни, что и животные призваны к жизни благостью Господа для того, чтобы они вкусили, сколько могут, в короткий срок жизни радостей бытия. "Благ Господь всяческим" (Пс. 144:9). Не бей их, если они, неразумные, что‑либо и напроказят или пострадает от них какая‑либо из твоей собственности. Блажен, иже и скоты милует».

 

А святой Паисий Святогорец о правильном соотношении людей и животных говорил еще более определенно: «Для животных человек — это бог. Как мы просим помощи у Бога, так они просят помощи у человека».  

 

Говорят, что рассказывать анекдоты о священниках и церковной жизни — грех.

 

Есть такой анекдот:

 

«В монастырской келье вечером в пост монах жарит на свечке яйцо. Заглядывает игумен.

 

— Что ты делаешь, брат?!

— Простите, это все лукавый, он меня научил!

 

Голос из угла:

— Врет! Я сам такое впервые вижу».

 

Этот анекдот чем-то похож на притчу или на историю из патерика. Очевидно, что ничего плохого в таких остроумных, поучительных, но главное — добрых историях нет.

 

Пошлые же и злые анекдоты христианину не то что рассказывать, но даже слушать не стоит. А про священников ли они, про политиков или про тещ — принципиальной разницы нет.

 

Почему в Церкви любые проявления природной сексуальности человека считают чем-то грязным и греховным даже в браке?

 

Потому что некоторые люди, которые так считают, просто плохо знают вероучение своей Церкви. Однако еще в середине III века Церковь выразила свое отношение к половой жизни в браке, определив в первом правиле Гангрского собора: «Если кто осуждает брак, и женою верною и благочестивою, с мужем своим совокупляющеюся, гнушается, или отвергает ее, как не имеющую право быть наследницей Вечного Царствия: да будет под клятвою (т. е. отлучен. — Ред.)». Апостол Павел прямо говорит: «Брак … честен и ложе непорочно» (Евр. 13:4). Более того — он прямо призывает христианских супругов не уклоняться от супружеской близости: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и моливе, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (1 Кор. 7:5). А один из авторитетнейших толкователей Библии святитель Иоанн Златоуст комментирует эти его слова еще более убедительным образом: апостол Павел «говорит: каждый пусть пользуется своею женою. И он не стыдится, но входит и садится на ложе днем и ночью, обнимает мужа и жену и соединяет их друг с другом, и громко взывает: не лишайте себе друг друга, кроме как по согласию. Ты соблюдаешь воздержание и не хочешь спать с мужем твоим, и он не пользуется тобою? Тогда он уходит из дому и грешит, и в конце концов его грех имеет своей причиной твое воздержание. Пусть же лучше он спит с тобою, чем с блудницей. Сожитие с тобою не запрещено, а сожитие с блудницею запрещено. Если с тобою он будет спать, нет никакой вины; если же с блудницею, тогда ты погубила собственное тело… Для того ты (жена) и имеешь мужа, для того ты (муж) и имеешь жену, чтобы соблюдать целомудрие».

 

Говорят, что грешно желать интимной близости, если у тебя ещё нет жены и ты лишь в поиске спутницы жизни.

 

На самом деле, половое влечение — часть нашего естества, вложенная в человека Богом, точно так же, как, например, пищевые или дыхательные рефлексы. Для человека, пока еще не вступившего в брак, никакого греха в таких физиологических проявлениях нет, это обычное функционирование человеческой природы. Острая фаза такого влечения, как правило, бывает весьма непродолжительной и быстро затухает сама по себе. Но если разжигать его сладострастными фантазиями или просмотром порнографии, тогда оно способно буквально испепелить душу человека огнем, не находящим себе естественного выхода, возможного только в браке. Поэтому грехом считается не половое влечение само по себе, а сопровождающее (или — вызывающее) его целенаправленное фантазирование на сексуальные темы. Об этом грехе Иисус Христос сказал: «…всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5:28).

 

Почему в Церкви считается, что если не соблюдаешь пост, то это грех, в котором нужно каяться.

 

Потому что пост в пище является одной из заповедей Божьих. А тот, кто сознательно отвергает заповедь, вместе с ней отвергает и Бога, давшего эту заповедь. Конечно, это не относится к тем случаям, когда верующий человек не может поститься в установленные Церковью дни по причине болезни или других действительно серьезных и непреодолимых обстоятельств. Вообще же пост в еде является для христианина лишь вспомогательным средством, позволяющим разгрузить тело, привести его в такое состояние, когда оно не будет подавлять дух человека своей пресыщенностью. Есть старая студенческая присказка: сытое брюхо к учению глухо. Тем более глухо оно и к молитве, и к чтению Евангелия, и к любым мыслям о Боге и жизни вечной. Пост — лекарство от этой тотальной глухоты сытого организма. Святой Иоанн Кронштадтский описывал его действие следующим образом: «…он скоро дает понять всякому постящемуся, что всякому человеку нужно очень немного пищи и питья, и что вообще мы жадны и едим, пьем гораздо более надлежащего, т. е. того, чем сколько требует наша природа; пост хорошо оказывает или обнаруживает все немощи нашей души, все ее слабости, недостатки, грехи и страсти, как начинающая очищаться мутная, стоячая вода оказывает, какие водятся в ней гады или какого качества сор; он показывает нам всю необходимость всем сердцем прибегать к Богу и у Него искать милости, помощи, спасения…»

 

Венчеслао Петер «Адам и Ева в Земном раю» 

 

Говорят, что христиане считают злом всё, что доставляет человеку радость, — секс, алкоголь, вкусную еду.

 

На самом деле с христианской точки зрения в природе нет ничего, что было бы злом само по себе. Зло рождается как неверное употребление вещей, изначально добрых и полезных.

 

Простая аналогия: топор придуман и сделан для плотницких работ. Но, используя его не по назначению, можно вырубить плодоносящий сад, отрубить себе ногу или убить старушку-процентщицу. Точно так же и неверное употребление вещей, созданных Богом, превращается для человека в зло, хотя сами по себе эти вещи злом не являются.

 

Преподобный Максим Исповедник пишет об этом так: «Не пища зло, но чревоугодие, не деторождение, но блуд, не деньги, но сребролюбие, не слава, но тщеславие, а когда так, то нет в природе зла, кроме злоупотребления, которое случается от несмотрения ума за действиями естественными». 

 

Говорят, что бездетность — это наказание за грехи женщины.

 

На самом деле мысль о том, что бездетность является божественной карой за грехи родителей, была присуща главным образом тем обществам, в которых продолжение рода было одним из главных смыслов брака, да и всей человеческой жизни. Логика там была примерно следующая: человек согрешил — Бог решил прекратить его род, чтобы потомки грешника не умножали грех своих родителей. Но в Библии мы видим множество примеров, когда у грешников рождались дети. И напротив — у благочестивых и праведных родителей могло не быть детей до глубокой старости, как это случилось с родителями Пресвятой Богородицы и Иоанна Крестителя.

 

Если у бездетной женщины были в жизни какие-то тяжелые грехи, в них нужно покаяться на исповеди не с какой-то «практической» целью (например, чтобы родить ребенка), а для того, чтобы очистить свою душу, восстановить прерванную грехами связь со Христом. А дети — лишь одна из многих форм благословения Божьего. Через женщину Господь призывает к бытию новую человеческую жизнь, родители же являются лишь служителями этого чуда — рождения человека. И никакая бездетность не сможет стать препятствием, если Он решит, что женщине пришла пора стать матерью.

 

Почему в Церкви не одобряют ЭКО и суррогатное материнство?

 

Потому что применение технологии экстракорпорального оплодотворения ставит перед человеком целый ряд этических проблем. Например, современный метод ЭКО осуществляется в так называемых стимулированных циклах, при этом у женщины забирается множество яйцеклеток, а потом они все участвуют в дальнейшем оплодотворении. В руках эмбриолога оказывается множество человеческих эмбрионов. Несколько он переносит женщине, другие же должны быть или уничтожены, или заморожены.

 

Православная антропология утверждает, что личность человека появляется с момента зачатия. Поэтому любые манипуляции с эмбрионами, намеренно приводящие к их гибели, являются убийством.

 

Еще одной серьезной этической проблемой является использование в ЭКО половых клеток человека, не являющегося супругом или супругой. Этот вариант ЭКО Церковь считает категорически неприемлемым, поскольку использование сторонних половых клеток фактически разрушает брачный союз, давая возможность интимного соединения с посторонним человеком на уровне клеток.

 

В то же время ЭКО может быть нравственно оправданным и допустимым методом терапии бесплодия для православного христианина, если не происходит убийства эмбрионов и не нарушается связь супругов «в единой плоти» даже на уровне половых клеток. Но в реальной врачебной ситуации обеспечить жесткое выполнение этих условий оказывается совсем непросто.

 


 

Я не хочу рожать детей. Значит ли это, что я грешу?

 

Само по себе отсутствие желания рожать детей грехом не является. Те, кто не чувствует в себе призвания к жизни в браке, к рождению и воспитанию детей, точно так же имеют возможность спастись. Однако это относится к тем, кто решил не создавать семью и остался безбрачным. Тому же, кто не желает рожать детей, будучи в законном браке, следует разобраться в своих чувствах и понять, какова причина такого нежелания. Именно причина может оказаться греховной. «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви» говорят об этом так:

 

«…Намеренный отказ от рождения детей из эгоистических побуждений обесценивает брак и является несомненным грехом. Вместе с тем супруги несут ответственность перед Богом за полноценное воспитание детей. Одним из путей реализации ответственного отношения к их рождению является воздержание от половых отношений на определенное время. Впрочем, необходимо памятовать слова апостола Павла, обращенные к христианским супругам: "Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим" (1 Кор. 7:5). Очевидно, что решения в этой области супруги должны принимать по обоюдному согласию, прибегая к совету духовника».

 

Однозначно грех — когда родители, движимые этим своим нежеланием иметь детей, начинают делать что-то плохое, например, убивают в материнской утробе зачатого ими ребенка. 

 

Говорят, что у православных людей не может быть секретов друг от друга, потому что это грех лжи.

 

На самом деле, ложь — это намеренный обман другого человека, а секрет — всего лишь некоторая информация, которой мы не хотим делиться с окружающими по каким-либо причинам. Ложь действительно является грехом, первым лжецом и отцом лжи Господь Иисус Христос называет дьявола. Поэтому, обманывая других людей, мы теряем подобие Божие и уподобляемся отцу лжи.

 

В то же время у каждого человека могут быть свои секреты и тайны, в которых нет ничего греховного. Это всего лишь та часть личного пространства человека, в которую он допускает не всех или вообще не допускает никого. Это не только возможно для христиан, но в некоторых случаях прямо необходимо. Например, священник должен хранить в тайне те грехи людей, о которых ему рассказали во время исповеди.

 

Грех ли полностью прекратить общение со старым школьным другом, который стал наркоманом?

 

Наркомания — большая беда как для самого человека, так и для его близких. Зависимость от химических веществ может изменить поведение человека настолько, что родным и знакомым кажется, будто это уже совсем не он, а кто-то другой, незнакомый и страшный. Практика показывает, что есть лишь два варианта общения с наркоманом. В первом случае можно направить свои усилия на то, чтобы убедить или заставить его пройти курс лечения и реабилитации. Если этого не происходит, то общение с наркоманом неизбежно сводится к обслуживанию его больной потребности в той или иной форме. Третьего пути нет. И если вы не способны на первый вариант, тогда такое общение лучше прекратить.

 


 

Грех ли выйти замуж по расчёту?

 

Обманывать супруга, относиться к нему лишь как к источнику средств для собственных удовольствий и развлечений, изменять ему — все это грех, потому что любая ложь разрушает душу человека.

 

А ложь в браке особо разрушительна, потому что брак — самое тесное и глубокое общение между двумя людьми, какое только возможно в жизни.

 

Если человек будет наполнять свой брак ложью, то каждый день, проведенный в нем, будет наполнен для этого человека тщательно скрываемыми виной и стыдом перед обманутым супругом. А со временем эти скрытые чувства могут перерасти и в прямую ненависть, потому что человеку свойственно ненавидеть тех, перед кем он виноват, но не хочет покаяться.

 

Если брак заключается одним из супругов в расчете на такие отношения, то именно эти отношения и будут в нем грехом, который будет подтачивать такой брак изнутри, отравлять жизнь обоим супругам, превращать Богом установленную любовь и радость в обман и ненависть.

 

Часто спрашивают: совершают ли смертный грех люди, которые отравляют бродячих кошек и собак?

 

Смертными грехами в Ветхом Завете назывались те преступления закона, за которые полагалось побивать камнями до смерти. Убийство кошек и собак в числе этих грехов в Библии не упомянуто. Но люди, которые почему-то решили, будто имеют право на убийство бродячих животных, и с этой целью разбрасывают по городу отравленную приманку, безусловно, грешат. Ведь не случайно чаще всего это делают тайно, боясь, чтобы их не заметили. Если ты делаешь доброе дело, чего тебе бояться? А если понимаешь, что делаешь пакость, и прячешься от людей, зачем продолжаешь это делать? Если ты знаешь, что причинишь этим сильное горе тем многим, кто этих животных любит и жалеет, то зачем же это делаешь? Не потому ли, что хочешь другому человеку причинить боль и делаешь это тайком, вымещая свою злобу и ненависть на животных? Бродячие и дикие животные могут представлять опасность для людей, но этой проблемой нужно заниматься всерьез и очень осторожно. Причем заниматься ими, кроме каких-то крайних и очевидных случаев защиты от опасных животных, должны лишь те, кому это положено по закону и кто делает это строго в рамках закона. А жертвой разбросанной отравленной приманки может стать кто угодно, включая маленьких детей. Тот, кто взялся убивать таким образом бродячих животных, никак не застрахован от того, что в какой-то момент вдруг окажется убийцей человека.  

 

 

Говорят, что просить повышения зарплаты — это грех гордыни.

 

На самом деле вполне может оказаться и так, что как раз наоборот, грехом гордыни будет не просить повышения зарплаты в определенных обстоятельствах. Дело в том, что гордыня — не в самих действиях, а в их мотивах, в самоощущении человека. Главный признак гордого состояния души — стремление возвышать себя над другими, думать о себе с превосходством, а о других людях — с уничижением. А уж действия из такого пагубного внутреннего устроения могут вытекать самые разнообразные. Можно требовать себе повышения зарплаты, считая себя непризнанным гением, таланты которого никто не может оценить по заслугам. А можно точно так же считать себя самым лучшим и недооцененным, но не просить себе прибавку к жалованию, считая такую просьбу ниже своего достоинства. И в том и в другом случае человек будет действовать из побуждений гордыни, хотя сами действия будут прямо противоположны друг другу.

 

Однако никакой гордыни нет в том, чтобы попросить себе прибавку к зарплате в ситуации, когда ее не хватает на простые житейские нужды.

 

Говорят, что христианину нельзя любить себя, потому что это — гордыня.

 

На самом деле, как это ни парадоксально, гордыней может оказаться как раз отсутствие любви к себе. Но речь не о потворстве своим слабостям, а о неспособности идущего к Богу человека прощать себе ошибки на этом пути. Гордый человек не способен любить не только Бога и других людей, но и себя самого тоже. Вот как писала об этом современная подвижница преподобная Арсения (Себрякова):

 

«Нужно еще поучиться, как себя любить. Да, и очень надо над этим потрудиться. Например, человек несправедлив бывает к себе и требует иногда от себя того, чего дать не может. Требует от себя победы над своими страстями и <...> негодует на себя, когда видит, что его берут во власть те самые страсти, от которых он решил отстать. Но справедливо ли такое негодование на себя? Нет. Человек своею силой никогда не может победить в себе страсти: их побеждает в нас сила Божия. <...> Нужно <...> смиряться в своих уклонениях, нужно подклоняться под свою немощь и не негодовать на себя за нее. Ведь не силен ее победить в себе, зачем же требовать от себя того, что может дать Один Господь. <...> В таком требовании от себя духовного преуспеяния сказывается наша гордость. Будем всего ожидать от Единого Господа и глубоко смиряться в своих немощах и греховности».

 

Как Церковь относится к зависимости человека от кофе и сладкого?

 

Точно так же, как и к любой другой зависимости человека, ограничивающей его свободу воли и наносящей вред здоровью. В Церкви такие зависимости называют греховными пристрастиями. И относятся к ним скорее как к проявлению человеческой слабости. Церковь всегда предостерегает и предлагает освободиться от них, потому что человек не должен быть зависим от своих вкусовых рецепторов. А там, где при самых искренних усилиях и молитвах к Богу человек все же не может избавиться от этих пристрастий, они могут стать для него поводом для смиренного отношения к себе. Ведь очевидно, что человеку совершенно нечем гордиться, если даже от лишней сдобной булочки к завтраку у него не получилось отказаться. Но такими прививками от гордости подобные пристрастия становятся лишь там, где человек действительно приложил и прилагает все силы для того, чтобы избавиться от них, но все же пока терпит неудачу. Конечно, бывают случаи, когда такая зависимость становится тяжким грехом. Например, если от этой зависимости начинает страдать ребенок у кормящей или беременной женщины или больной диабетом человек подвергает себя смертельному риску. В этих случаях никакие прививки от гордости не спасут от духовной смерти.

 

Можно ли отмолить грех умершего родственника?

 

Известный доктор богословия профессор А. И. Осипов так говорит о необходимости молитвы за усопших:

 

«Если бы по смерти невозможно было изменение духовного состояния усопших, то Церковь не молилась бы о них с самого начала своего существования. А она постоянно это делает и призывает к молитве всех верующих, научая при этом, как правильно молиться.

 

...Очень часто родные покойного ограничиваются только внешней стороной поминовения: заказывают отпевание, литургию, панихиды, сорокоусты, подают заупокойные записки, ставят свечи, дают деньги в монастыри, в храмы и т. д., а если много денег — то хоть и во все монастыри и храмы, всем батюшкам и матушкам! И считают, что делают все необходимое.

 

Однако это — глубокое заблуждение. Если при этом сами не будем воздерживаться — ради любимого, родного человека — от гнева, злословия, осуждения, чревоугодия и прочего, не понудим себя к исповеди и причащению, не постараемся помочь нуждающимся, больным, — то все эти внешние поминовения, как не касающиеся духовного состояния нашей души, оказываются по сути бесплодными. Разве не ясно, что если мы о своих не молимся, то неужели другие будут это делать?»

 

10 вопросов о грехе

12 вопросов о грехах

 

Если Вам понравился материал - поддержите нас!
Прочитано 390 раз

Соцсети