Среда, 31 Май 2017 12:26

Многодетная семья: бремя или благословение?

Автор 

За какие средства вырастить? Как воспитывать? Хватит ли сил и здоровья? Потянем ли еще одного? Эти и другие вопросы занимают мысли будущих родителей.

Взвесив все «за» и «против», не каждая даже верующая семья делает выбор в пользу многодетности, ограничиваясь рождением одного-двух.

 

В сознании у многих прочно закрепилось мнение, что чем больше детей, тем больше трудностей. Но так ли это? Насколько верны эти представления, часто лишенные реальных примеров? О своем опыте материнства, о его значении в духовной жизни родителей, о том, какой стала их жизнь с рождением детей, рассказывают многодетные матушки.

 

Юлия Прокопенко: «Православных должно быть много»

 

Матушка Юлия — мама восьмерых детей, регент церковного хора храма святого равноапостольного князя Владимира (село Дерновка Киевской области), вместе с мужем, священником Димитрием Прокопенко, ведет духовно-просветительские встречи о создании крепкой и дружной семьи в православном центре «Семья в радость».

 

— Если бы в юности мне сказали, что я буду матушкой,и у меня будет восемь детей, я бы не поверила. О смысле материнства особо не задумывалась, увлекалась живописью, музыкой. Нас в семье было двое — я и брат. Такое количество детей в моем окружении считалось нормой.

 

Но потом начались поиски своего пути, появились вопросы: для чего я живу? В чем смысл моей жизни? Однажды я пришла в один из киевских монастырей. После службы на душе была такая радость! Я всем сердцем почувствовала — здесь истина.

 

С мужем также познакомилась в храме, вернее, возле храма, после службы. Когда родился первенец Арсений, это было счастьем! Потом появилась на свет дочь Лера, потом другие детки.

 

Как мы решились на то, что у нас будет много детей? В слове «решиться», как мне кажется, есть что‑то от гордыни. Это значит решить за Господа — как лучше жить, сколько детей иметь. Вместо того чтобы предать свою жизнь в руки Творца. Тот же, кто уповает на Бога, никогда посрамлен не будет. Господь дает детей, значит, такова Его воля. А муж всегда мечтал о многодетной семье. Он мне сразу сказал: «Хочу, чтобы у нас было много детей». Так и случилось.

 

Конечно, все мы хотим жить для себя, ищем мирских удовольствий. Но ведь многие по опыту знают, что такая жизнь не приносит радости. Вроде бы все хорошо, а в душе пустота. И наоборот — начинаешь жить для семьи, для деток, и Господь дает благодать. На сердце становится радостно, спокойно.

 

Когда один или два ребенка — это сложно. Столько возникает сомнений, переживаний. А чем больше детей в семье, тем становится легче, проще. Конечно, работы по хозяйству хватает. Но и опыт накапливается, и старшие дети помогают, и Господь дает силы. А многие вопросы отпадают сами собой. После рождения Леры я очень переживала: «Как разделить любовь между двумя детьми? Как не обделить, не допустить ревности?» В большой семье такой проблемы нет — дети получают свою долю внимания друг от друга.

 

Многих родителей пугает вопрос: «За что растить? Как поставить их на ноги?» У меня почему‑то страха перед материальными трудностями не было. Народная мудрость: «Бог дает ребенка, даст и на ребенка» не раз подтверждалась и в нашей семье, и на примерах наших знакомых.

 

Конечно, были и сложные периоды. После рождения третьего ребенка мы переехали жить за город. Дом был старый, требовал ремонта. Туалет на улице, воды горячей не было, зимой топили дровами. Для нас, столичных жителей, привыкших к удобствам, это было тяжело. В такие моменты учишься доверять Богу, полагаться на Него, а не на свои силы. Просишь о помощи и получаешь ее. Не унывать, не малодушничать, опять‑таки, помогают дети. Смотришь на то, как они радуются любой мелочи — солнышку, первому снегу, и сама учишься воспринимать мир глазами ребенка.

 

Четвертого малыша зовут Иона. С выбором имени связана целая история.

 

 

Мой муж хотел стать священником, но были сомнения, угодно ли такое решение Господу. Он учился в духовной семинарии и параллельно работал в Ионинском монастыре поваром. Не раз обращался с молитвой к преподобному Ионе и получал утешение. Однажды, когда он молился у мощей преподобного Ионы, было темно, и он случайно нащупал оставленный кем‑то из братии священнический крест. Это было словно благословение свыше. Четвертого сына мы и назвали в честь преподобного. А вскоре супруг принял священнический сан.

 

Сейчас мы живем в Барышевке. Муж служит в соседнем селе Дерновке. Ранее храма в этом селе не было, пришлось создавать приход на ровном месте. Дети очень помогают — убирают после службы, поют в хоре. Пение и музыка — это мое увлечение с детства. Я окончила музыкальную школу, играла на бандуре. Затем нужно было выбирать — музыкальное училище или высшее образование.

 

Я пошла учиться в иняз, и все же душа тосковала по музыке. Возможно, я бы всю жизнь преподавала иностранный язык. Но когда родились дети и свободного времени стало не так много, захотелось тратить его действительно на то, что для меня важно. Сейчас я регент церковного хора в храме своего мужа. Старшие дети поют вместе со мной, и это для меня счастье. Считаю, что таланты детей нужно развивать. Четверо ребят учатся в музыкальной школе, играют на скрипке, занимаются академическим вокалом. Эти занятия дисциплинируют, учат ответственности.

 

Хотя лучшее воспитание детей — личный пример. Замечательную мысль высказал один классик, о том, что воспитание детей — это самовоспитание. Слова, уговоры не помогут, если ты сама поступаешь иначе. Поэтому нужно быть внимательной к себе, следить за своими мыслями, чувствами, поступками. Бывает, к вечеру сильно устаю, сил нет, но понимаю, что дети за мной наблюдают, и, превозмогая усталость, становлюсь на молитву. Как Бог премудро все создал! Дети дисциплинируют родителей, не позволяют духовно расслабиться. А родители их направляют, вкладывают в них основные ценности. И все в семье друг друга поддерживают.

 

Эту поддержку я ощутила, когда родился самый младший сын — Сережа. Он появился на свет недоношенным, десять дней пролежал в реанимации, при родах у него повредилась правая ручка. Дети вместе с мужем приезжали в роддом, проведывали, заботились, и это придавало сил. Когда вернулись домой, старшие взяли на себя часть работ по хозяйству. С Божьей помощью сын пошел на поправку. Сейчас это такой шустрый малыш!

 

Поздний ребенок дает удивительное чувство. Сережа очень похож на первенца, Арсения, и с его рождением мы с батюшкой словно переживаем вторую молодость. Мне 42 года, мужу 44, но чувствуем себя словно двадцать лет назад.

 

Дети помогли мне найти свой смысл жизни — жить для своих ближних, для мужа, детей. Даришь им радость, любовь, и она удивительным образом возвращается к тебе. Сбываются слова Апостола Павла: «Царствие Божие... праведность, мир и радость во Святом Духе».

 

Недавно* нас с мужем пригласили на встречи, посвященные теме семьи, которые проходят в галерее «Соборная». Мы с радостью делимся своим опытом создания семьи. Пытаемся донести, что дети — это радость, спасение, осмысленность, жизненный путь. Господь не зря дал нам заповедь плодиться и размножаться. Нас, православных, должно быть много, и тогда мы сможем утвердить свою веру на всей земле.

 

Елена Загородняя: «Растить детей — это творчество»

 

Матушка Елена — мама шестерых сыновей, регент церковного хора храма святителя Николая Чудотворца в Киеве. Ведет занятия в воскресной школе при храме, пишет иконы, а еще вместе с супругом протоиереем Николаем Загородним они основали отряд «Дружина», православную спортивно-туристическую юношескую организацию (www.druzhina.kiev.ua).

 

— На детской площадке, когда мамы узнают, сколько у меня детей, удивляются: «Как вы с ними всеми справляетесь? Мы с одним не можем справиться...»

 

Я же отвечаю: «Не представляю, как вы справляетесь. Я с одним тоже бы не справилась». И это правда — с одним, вернее, с первыми двумя, мне было намного тяжелее, чем сейчас.

 

Сыновья Гавриил и Дионисий родились с разницей всего год и два месяца. Помогали и мама, и свекровь, но я все равно сильно уставала, было только одно желание — выспаться.

 

Но чем больше детей, тем больше Господь дает сил. И духовных, и физических. Один из мифов, который могу опровергнуть, — что дети ослабляют, отбирают здоровье. Помню, когда у меня еще не было детей, выстоять воскресную службу было тяжело. Я возвращалась домой с храма и весь день отдыхала. А сейчас после службы мы столько всего успеваем сделать! И усталости нет. А еще до рождения детей у меня были проблемы с зубами, я часто была на приеме у стоматолога. А за семнадцать лет материнства — всего пару визитов.

 

Я переживала, что у многодетной мамы сложный быт. Это не так, ведь у меня целых шесть помощников! Мои сыновья многое делают по дому — убирают, помогают готовить, накрывать на стол. А после еды сами приводят кухню в порядок. У них график дежурств — кто будет мыть посуду. Приучать к труду помогает именно многодетность. Дети видят, что мама трудится, значит, ей нужно помочь. Мой супруг также поддерживает сознание того, что маму нужно благодарить. Приятно, когда дети после обеда говорят спасибо, целуют руки.

 

Не представляю, что бы я делала без моих сыновей. А было время, когда я и сама думала, что многодетность — это тяжело, что поднять такую ношу под силу далеко не каждой женщине. Тем более мне...

 

Мы с моим мужем, отцом Николаем, знакомы с первого класса. После школы я поступила в институт, но мы продолжали общаться. Впервые о Евангелии я услышала на уроке по истории искусств. Для того чтобы понять средневековую живопись и культуру, необходимо знать Святое Писание. Творения великих художников пронизаны Евангельскими мотивами. По вечерам мы встречались с Николаем, и я пересказывала ему все, что запомнила на лекции. Потом мы стали вместе ходить в храм.

 

А через некоторое время мужа заметил протоиерей Всеволод Рыбчинский (сейчас он настоятель собора княгини Ольги). Однажды он обратился к Николаю с вопросом: «А не хочешь ли ты стать священником?» и предложил готовиться. А как же я? Мы к тому времени собирались пожениться, я даже не знала тогда, что супружество и священство совместимо. Известие о том, что придется стать матушкой, было для меня неожиданным. В моем сознании образ матушки формировался под влиянием советской литературы и фильмов и был скорее отрицательным. Это я, будущий художник-модельер, буду «попадьей»? Долго не могла с этим смириться.

 

Три года у нас не было детей. Потом стали рождаться погодки. И все мальчики. Муж был очень рад — он всегда хотел сыновей. Старшие также ждали появления очередного малыша с радостью, целовали и гладили мой живот. Сейчас старшему, Гавриилу, 17 лет, а младшему, Анастасию, — пять.

 

В детский сад никто из них не ходил, всех воспитывала сама. До сих пор мы много времени проводим вместе. Я каждый вечер читаю сыновьям вслух «Остров сокровищ» или «Хроники Нарнии», иногда пересказываю жития святых. Теперь мальчишки и сами любят читать.

 

Обучение всегда происходило за игрой. Катаю их на качелях, и параллельно изучаем счет. Рисуем мелками на асфальте и тут же пишем буквы. Проблем с подготовкой к школе никогда не было. Я замечаю, что многие мамы на площадке общаются, листают журналы или скучают, а их дети играют сами по себе. Так происходит, когда у вас один-два ребенка. А в многодетной семье никогда не бывает скучно. Вместе играем в «Кошки-мышки», «Гуси-лебеди». К нам подключаются другие дети. Зимой лепим из снега. Однажды слепили большого коня, с гривой, уздечкой, и всем деткам разрешали на нем посидеть. Для сыновей это было настоящее событие.

 

Отдыхаем мы активно. Ходим за грибами, на рыбалку. А потом готовим то, что собрали и поймали. Выезжаем на море с палатками. Не раз были в Крыму, осматривали пещерные города и монастыри. Однажды под Бахчисараем нашли частную ферму осликов. Детям позволили кататься на осликах, и я каталась вместе с ними. Сколько было радости! Дома сыновья тоже что‑то придумывают. Играют в рыцарей, в казаков. В игре задействованы все. Только малыш начинает ползать, на него надевают шлем, дают в руки меч. А сколько они говорят интересных фраз! У меня есть целая тетрадка с забавными высказываниями сыновей.

 

 

Многие думают, что у многодетной мамы совсем нет личного времени. Могу сказать, что это не так. Я люблю читать и всегда находила время для чтения. А когда дети подросли, вернулась к написанию икон. В нашем храме около десяти образов, написанных мной. Есть и икона, которая была создана еще до рождения детей. Потом был перерыв. Когда у мужа спрашивали: «Почему матушка не пишет иконы?» — он отвечал, показывая на одного из наших детей: «Она сейчас занимается нерукотворным образом». Растить детей — это ведь тоже творчество. Мне всегда было интересно это делать. А сейчас мы творим святые образы вместе с детьми, они внимательно следят за моей работой, задают вопросы, а старшим я доверяю нарисовать одежду, некоторые детали. Второй сын, Дионисий, хорошо рисует, и я надеюсь, что иконопись поможет ему развить свой талант.

 

Важная часть нашей жизни проходит в храме. В субботу и воскресенье мы все — на службе. Отец Николай со старшими — в алтаре, я с меньшими на клиросе. Мы с мужем старались создать такую обстановку в храме, чтобы дети не чувствовали себя ущемленными. Чтобы им хотелось туда приходить. Мы приезжаем чуть раньше, и мальчики перед службой играют в футбол. К ним подключаются другие дети. Сыновья говорят нецерковным друзьям: «Ты ходишь в храм?» — «Нет». — «Почему?» — «Там скучно». — «Как это скучно? Мы, например, возле храма в футбол играем». И те заинтригованы, приходят посмотреть, остаются. Это куда лучше и вернее, чем «загонять» ребят в храм насильно.

 

После воскресной службы у нас трапеза для всех прихожан, где можно поднять волнующую тему, задать вопросы батюшке. Я веду воскресную школу, куда с удовольствием ходят и мои сыновья. Сначала мы читаем что‑то церковное, а потом занимаемся творчеством. На Рождество, на Пасху разучиваем стихи и песенки, дарим подарки. Организуем экскурсии в Лавру, Зверинецкие пещеры.

 

Для моих сыновей самое страшное наказание — это не пойти на службу, к Причастию.

 

Они сами без будильника встают и собираются в храм. Важно, когда семья имеет общие цели, движется в одном направлении. Для нас это путь ко спасению.

 

Дети укрепляют веру и побуждают к молитве. Столько было ситуаций, когда оставалось только молиться и уповать на Божью помощь. Переломанные руки, пробитые ноги, зашитые головы (все обошлось без увечий, слава Богу!). Мальчики есть мальчики...

 

Также дети однозначно укрепляют семью. Маленькие создают особую благостную атмосферу в доме. На младенца нельзя смотреть без улыбки и умиления. Когда дети подрастают, приходят другие радости.

 

Есть такая фраза: «Маленькие дети — маленькие проблемы, а большие дети — большие проблемы». С таким подходом сложно жить. Мы с мужем переиначили ее на свой лад: «Маленькие дети — маленькие радости, а большие дети — большие радости». Если верить, что ребенок принесет тебе радость, так оно и будет!

 

Вероника Черкашина: «Это мой выбор»


Матушка Вероника — мама двенадцати детей. У них с супругом шестеро своих и шестеро приемных ребят. Первого ребенка матушка вместе с мужем протоиереем Димитрием Черкашиным усыновили в 2008 году, а в 2014-м создали детский дом семейного типа.

 

— Сколько себя помню, я всегда считала, что иметь много детей — это естественно. Иначе и быть не может! Думаю, во многом мои взгляды сформировались благодаря родителям и родным, для которых дети были ценностью.

 

Своих ребят мы с мужем начинали растить в 90‑е годы, когда много чего не было. Но мы старались довольствоваться тем, что есть. Ведь счастлив тот, кому достаточно, а не тот, кто мечтает о большем. Дети считают, что у них было замечательное детство.

 

В быту я старалась не ставить перед собой сверхзадачу. Такое часто случается с молодой мамой, но желание быть идеальной может дать обратный эффект — она устает, раздражается и считает, что на второго, третьего у нее просто не хватит сил. Но при разумном подходе, без крайностей, материнство будет только в радость, которую не захочется променять ни на что другое.

 

Однако понимание, что важно для ребенка, а без чего можно обойтись, приходит не сразу, а с опытом. Например, первым деткам я готовила еду отдельно, все перетирала. А потом поняла, что малыши без проблем могут есть с общего стола. Даю старшим суп, а меньшим картошку из супа разомну или манную кашу приготовлю и крохе дам. В результате не нужно дополнительно готовить, освобождается время. Детей больше, а в быту — легче.

 

При сегодняшнем уровне жизни я не вижу разницы — один ребенок в семье или много. Все равно мама нажимает на одни и те же кнопки, а в супермаркете может купить любые продукты. Ей не нужно, как раньше, полоскать белье в проруби, носить воду, топить печь, доить корову. Почему же многие женщины жалуются на то, что им тяжело? Думаю, что не последнюю роль в этом играют СМИ, которые навязывают неопытным родителям, что необходимо для их ребенка. И они сбиваются с ног, чтобы обеспечить малыша самым лучшим. Все эти приобретения бьют по кошельку. И, столкнувшись с финансовыми затратами, родители не решаются даже на второго.

 

 

А ведь малышу, по сути, нужно очень мало — материнское присутствие и материнское молоко. Одежду и коляски часто можно взять у знакомых, чьи дети уже подросли, а лучше всего грудничок спит не в отдельной кроватке, а под боком у мамы. Совместный сон избавляет от бессонных ночей, ведь не нужно по много раз бегать к кроватке — проверено на опыте! Если мама кормит своим молоком, то не нужны дорогие смеси, бутылочки, пустышки. А в будущем кроха не будет иметь проблем с животиком. Господь мудро все создал!

 

Раньше я хотела всем рассказать о том, как это здорово — быть мамой. Но сейчас понимаю, что у каждого свой путь. Сколько ни говори, что материнство — это счастье, но все слова напрасны, если женщина этого не чувствует. Но что она может чувствовать, если слышит отовсюду: «Бедненькая, тебе так тяжело, куда тебе второго», «Нужно реализовать себя», «Дети — это обуза». А ведь часто так и происходит. Здесь важно понять — выбор сделан по зову сердца или под влиянием окружения.

 

Мой выбор иметь много детей был осознанным. Материнство — это мое. И приемное материнство тоже мое. Уже после третьего я стала задумываться о том, что хотелось бы приемного ребенка. Муж меня поддержал. Но мы еще не знали, как это осуществить. Когда у нас было пятеро детей, мы наконец‑то смогли взять девочку, Кристину. В свои четыре года она отставала в развитии, даже не различала цвета. Забота о ней требовала совершенно другой душевной отдачи, чем воспитание своих детей. Своих и воспитывать не нужно было. А приемные детки даже в простых бытовых ситуациях не знают, как себя вести. Также все они имеют проблемы со здоровьем, нуждаются в лечении и заботе. Но больше всего — в любви. Часто лучшее лекарство для них — жизнь в семье.

 

Через некоторое время мы взяли еще одну девочку, Иру. Потом Владислава. А недавно в нашу семью пришло трое взрослых деток. И я знаю, что на этом мы не остановимся. Несмотря на сложные периоды адаптации ребенка или детские болезни. Однажды шестеро лежало в постели с гриппом. Я ухаживала за ними и спрашивала себя: «Возьму ли еще?» И понимала — да, возьму! Ведь все трудности — это временное.

 

Главное — как к ним относиться, на что обращать внимание. Конечно, любые дети не слушаются, шалят. Но ведь столько есть хороших моментов. Многое зависит от мамы, о чем она будет рассказывать мужу и подросшим ребятам — о том, как целовала пяточки малышу или о том, что он не давал ей выспаться. А это, в свою очередь, формирует их представления о детях и материнстве.

 

Приятно, что мои дети также хотят продолжить семейную многодетную традицию. Моя дочка после рождения первенца сказала мне: «Хочу не меньше четырех».

 

А еще дети как никто другой учат любви. Особенно — приемные дети. У них огромная потребность любить. Для них мы с мужем, по сути, чужие люди. Но они обнимают нас, целуют, называют мамой и папой, готовы простить абсолютно все. Каждый день они рисуют и дарят мне рисунки: домик, себя и меня — маму. Это так трогательно! Дети открыли мне глаза на саму себя. Сравниваешь себя с ними и понимаешь, насколько у тебя самой мало любви. Приходит покаяние. А покаяние — путь к спасению.

 

* В 2014-м году.

 

Если Вам понравился материал - поддержите нас!
Прочитано 2356 раз