Вторник, 01 Октябрь 2019 16:42

К Богу на ослике. Как век назад паломничали и простолюдины, и знатные

Автор 
Паломники-славяне на пути в Иерихон Паломники-славяне на пути в Иерихон

Что ожидало в XIX веке паломника, решившегося ехать на Святую Землю? Дорога длиной в несколько месяцев, а то и год, через всю Родину, две недели пароходом в каютах третьего класса и — неизвестность.

ФОМА

 

Он мог простудиться в пустыне, замерзнуть в горах по дороге в Галилею, как замерзли насмерть несколько сотен паломников в 1894 году, мог быть обворован бедуинами и не всегда знал, где будет ночевать и что есть, а единственным его ориентиром на местности было Евангелие.

 

Два года пешком


Сама по себе дорога на Святую Землю только в одну сторону могла занимать год. Паломники обычно доезжали (или доходили) по суше до Одессы, оттуда плыли на пароходе до порта Яффа (нынешний Тель-Авив).

 

Путь по морю мог занимать до двух недель, в зависимости от погоды. Ехали обычно третьим классом, в самых скромных условиях. По свидетельству иностранцев, русские паломники «сбивались грудой» и всю дорогу молились, вычитывали службы, пели акафисты, читали Евангелие. Как писал один английский журналист, в период паломничества русские очень строго постились, отказывались от курения табака, от вина, а уж на Страстной порой не ели вообще ничего!

 

 

Караван русских паломников на улицах Иерусалима, двигающийся к Русским Постройкам

 

Наш паломник обычно рассчитывал свой путь так, чтобы добраться до Иерусалима к Рождеству Христову, провести здесь Великий пост и встретить Пасху. Причем вернуться не все стремились: окончить свои дни на Святой земле многие почитали за высшее счастье и домой не торопились.

 

Деньги на паломничество люди копили всю жизнь, иногда человека в путь собирали всей деревней. Но известны случаи, когда, прибыв на Святую Землю, такой путешественник тут же тратил все сбережения — например, на пожертвования в каких-нибудь не относящихся к евангельской истории греческих монастырях, куда его услужливо отводили предприимчивые греческие монахи. Ведь все, что имелось в его распоряжении, чтоб ориентироваться на Святой Земле, это Евангелие. А доверчивостью и неосведомленностью злоупотребляли... Бывало, русское консульство на собственные средства отправляло таких заплутавших бедолаг домой. Если паломника никто никуда не успел увлечь, тот вынужден был ждать поезда из Яффы в Иерусалим где-нибудь на улице: пароход прибывал утром, поезд уходил днем, а вокзал открывался за час до отхода поезда.

 

Единой организации, которая занималась бы вопросами русского паломничества, не существовало: приезжим согражданам было призвано помочь и наше консульство, и Палестинская комиссия, и отечественная духовная миссия. Работало это примерно с таким же успехом, как лебедь, рак и щука в известной басне.

 

Порядок появился только в конце XIX века, когда Императорское Православное Палестинское общество (далее — ИППО) поставило своей целью заботу о наших паломниках на Святой Земле.

 

 

Храм Воскресения Христова, 1862 г.

 

Паломник начала XX века: паспорт, страховка, охрана


Палестинское общество начало свою работу в 1882 году. Его возглавил 25-летний великий князь Сергей Александрович, собственно, один из инициаторов его создания. Другим инициатором был государственный и общественный деятель, писатель Василий Николаевич Хитрово, впоследствии секретарь Общества. С тех пор плачевное положение отечественного паломника на Святой Земле резко изменилось.

 

 

Великий князь Сергей Александрович и В. Н. Хитрово

 

Для начала появились «проездные» — единые книжки паломника: своего рода блокноты с отрывными талончиками. Их стоимость варьировалась в зависимости от маршрута и его отправной точки. Работало это так: купив в отделении ИППО (а их к 1917 году насчитывалось 52 по всей стране) эту книжку, человек уже не платил за проезд на поезде и пароходе — транспортные услуги входили в стоимость книжки паломника. Самая дорогая стоила 53 рубля. Не такая уж заоблачная сумма: английский журналист, путешествовавший вместе с русскими паломниками в 1913 году, писал, что у некоторых мужиков за пазухой бывало от 200 до 600 рублей ассигнациями — ехали ведь на несколько месяцев, оставляли пожертвования в монастырях и церквях.

 

 

Паломническая книжка ИППО

 

Кроме такой транспортной книжки, паломники могли получить и справочные материалы: инструкции (например, куда идти по прибытии, что делать, чтоб получить в порту необходимые документы), карты местности. В порту Одессы путешественнику выдавали паспорт, аналог современного «заграна». Такие паспорта были и раньше, а вот страховые книжки паломника — «ноу-хау» ИППО.

 

 

Паломническая книжка ИППО

 

По прибытии в Яффу их встречали проводники. Всю дорогу паломническую группу сопровождала охрана — кавасы. Это низший полицейский чин, охранники, которых приставляли к дипломатическим лицам в Османской империи. Кавасы для охраны паломников набирались из черногорцев — православных, но не граждан нашей страны. Они ездили на лошадях или осликах, выделяясь из толпы паломников своими национальными костюмами. Достаточно было несколько хорошо вооруженных кавасов, чтобы сохранить жизнь сотен паломников — продемонстрировать разбойникам из бедуинов, кто здесь хозяин!

 

Самым долгим был переход из Иерусалима в Назарет — 137 километров по горам и пустыне. Это расстояние паломники преодолевали пешком и лишь немногие — на осликах.

 

 

Иерусалим. Бараки для русских паломников

 

Разместиться паломник мог на территории одного из восьми подворий, построенных за счет Палестинского общества на выкупленных им землях. Один день пребывания паломника в Русских Постройках стоил 13 копеек, включая ночлег, чай, кашу и кусок мыла. Номера предоставлялись трех классов: в первом могли остановиться только члены царской фамилии или высокопоставленные чиновники. Забронировать место во втором и третьем классах заранее было невозможно. Известен случай, когда некоему генералу было отказано в бронировании: ему вежливо сообщили, что на территории подворий действует принцип странноприимного дома — заселяешься, если по приезде удастся найти свободное место. И тут чинов не было.

 

 

Сергиевское подворье Императорского православного палестинского общества в Иерусалиме. Комната I класса

 

Самое крупное подворье — Сергиевское. Оно находилось рядом с Русскими Постройками в Иерусалиме и могло принимать более 450 паломников. Здесь были и хозяйственные постройки, и бани, прачечные, помывочные, чайные, и «приветственная трапезная» для паломников. В большой трапезной им читали лекции о Святой Земле, а если позволяла погода, во дворе показывали «туманные картины», для чего растягивали простыню и при помощи проектора демонстрировали разные виды Святой Земли. На Пасху во дворе накрывались длинные столы для торжественного разговения.

 

Вообще на Христово Воскресение в Иерусалиме оказывалось до 10 тысяч наших соотечественников, и, по воспоминаниям современников, Святой город в эти дни был похож на одну из губерний!

 

Отчего заплакала великая княгиня?


Как путешествовали на Святую землю члены императорской фамилии? На самом деле, это было дело редкое и непростое: по политическим причинам (непростые отношения с Османской империей, а также не всегда гладкие отношения между Русской и Греческой Православными Церквями) Романовы редко совершали подобные паломничества. Так и не смогла попасть в Иерусалим — хотя мечтала об этом — императрица Мария Александровна, супруга Александра II. Дважды или даже трижды срывался визит тогда еще цесаревича Николая II. Первым в 50-е годы XIX века здесь побывал великий князь Константин Николаевич с супругой. Затем ездил князь Николай Николаевич старший. В конце 80-х — великий князь Александр Михайлович, «Сандро». В 1914 году — его дочь Ирина вместе с супругом князем Феликсом Юсуповым. Вот и все...

 

 

Вид верхней площадки территории Русских Построек, здания Русской духовной миссии и Троицкого собора

 

Единственным из великих князей, кто дваж­ды ездил на Святую Землю, был первый глава ИППО — великий князь Сергей Александрович. Впервые он оказался в Палестине вместе с братом Павлом и кузеном великим князем Константином Константиновичем в 1881 году после смерти от костного туберкулеза матери, императрицы Марии Александровны. Их путешествие было коротким — всего 10 дней. Любопытно, что добирались они на первом русском крейсере — фрегате «Герцог Эдинбургский». Вообще, практически все паломничества члены императорской фамилии совершали на кораб­лях, которые считались новейшим словом в военно-морской технике на тот момент. Но, к примеру, великий князь Николай Николаевич проделал свой паломнический путь верхом на лошади, проехав многие километры в седле.

 

На Святой Земле великих князей встречал архимандрит Антонин (Капустин), начальник Русской духовной миссии. Человек спокойный, совсем не восторженный, он тем не менее писал в одном из писем: «От высоких гостей майских тут все в восторге. Независимо от своего царского рода и положения, это наилучшие люди, каких только я видел на свете. Да пребудет с ними и в них вовек неотступно благодать Божия». Три ночи Сергей Александрович с братом провели у Гроба Господня, каждое утро, и даже в день отъезда, молились за Литургией. Побывали в Вифлееме и на Иордане, где — интересный факт! — Сергей Александрович стал восприемником при крещении (миропомазании) сестры милосердия, венгерской католички Каролины Хроме, нареченной при миропомазании Марией.

 

Второй раз на Святой Земле Великий князь побывал семь лет спустя, чтобы участвовать в освящении в Иерусалиме храма Марии Магдалины в память о матери. Возводился этот храм, кстати, исключительно на деньги Императорского дома.

 

Поездка длилась месяц: Сергей Александрович отправился в путь уже вместе с женой, Елизаветой Федоровной, тогда еще протестанткой, и братом Павлом. Великий князь писал: «Я стал первым преображенцем (т. е. офицером лейб-гвардейского Преображенского полка), побывавшем на горе Преображения Господня!» А вот как вспоминала это паломничество Елизавета Федоровна в письме к английской королеве Виктории, своей бабушке:
«...Это как сон — видеть все эти места, где наш Господь страдал за нас, и также огромное утешение — приехать в Иерусалим... Я рада, что страна соответствует настроению мыслей... и можно тихо молиться, вспоминая слышанное маленьким ребенком, когда все это воспринималось с таким благоговейным трепетом».

 

Митрополит Арсений (Стадницкий), сам совершивший в 1900 году паломничество на Святую Землю и беседовавший о «палестинских делах» с великим князем Сергеем Александровичем и его помощником генералом М. П. Степановым, записал в дневнике такой эпизод поездки великокняжеской четы. Елизавета Федоровна посещала Кувуклию Гроба Господня (что для протестантки нонсенс, поскольку протестанты считают, что Христос был погребен в совершенно другом месте) и вышла из нее в слезах. Присутствовавший при этом турецкий паша подошел тогда к Степанову, пожал ему руку и, указывая на слезы великой княгини, сказал: «Поздравляю». «Он все понял», — говорил Степанов митрополиту Арсению. И действительно, три года спустя великая княгиня Елизавета Федоровна принимает Православие.

 

Во время этой поездки великие князья также участвовали в закладке церкви в честь апостола Петра в Яффе, действующей и по сей день: сегодня там Русское подворье.

 

Бейт-Джала. Амбулатория Императорского православного палестинского общества. Прием больных

 

«ИГОЛЬНОЕ УШКО» И ПОРОГ СУДНЫХ ВРАТ

 

Благодаря усилиям Палестинского общества современные паломники могут видеть т. н. «Игольное ушко» и Порог Судных Врат, на который, по преданию, ступал Христос, идя на казнь.

 

Этот участок был куплен нашей страной в 1858 году и предназначался для строительства консульства, однако на нем были обнаружены археологические древности. В 80-е годы XIX века по инициативе великого князя Сергея Александровича (и на его деньги) наши специалисты, под руководством начальника Русской Духовной миссии в Иерусалиме, архимандрита Антонина (Капустина), начинают раскопки. И обнаруживают древние ступени и остатки ворот. Великий князь заказывает экспертизу в шести научных заведениях, и все они сходятся во мнении, что, скорее всего, обнаружен порог древних городских врат, ведущих из города на гору Голгофу. Проведенные раскопки вызвали оживленную дискуссию в отечественных научных кругах, точку в которой поставило европейское научное сообщество и, в первую очередь, немецкие археологи Святой земли во главе с Г. Гутте: они полностью подтвердили гипотезу архимандрита Антонина и Палестинского общества.

 

Там же ученые обнаружили знаменитое «Игольное ушко» — узкое отверстие в городской стене. По одной из версий, это вход, который оставляли открытым на ночь, — крошечный проход легче охраняется. По другой версии через «Игольное ушко» проводили скот, что облегчало пересчет поголовья.

 

 

Ер-Рамэ. Галилея. Здание школ Императорского православного палестинского общества.
Благодаря ИППО в Сирии, Палестине и Ливане появились русские школы, к 1917 году — уже более 100, где учились 10 000 арабских детей. Интересно, что первую школу в Бейруте возглавляла М. А. Черкасова, ранее помогавшая святителю Николаю (Касаткину) в деле миссии в Японии. В советское время школы закрылись, но в сентябре 2014 года возродилась школа в Вифлееме. 

 

Апельсиновая сделка

 

Императорское Православное Палестинское общество находилось в достаточно выгодном положении: по сути это была общественная организация под патронажем императорской фамилии, и этим обусловлен тот известный успех в политическом плане, которое Общество имело до революции. По этой же причине вскоре после революции второй его председатель, Елизавета Федоровна, сложила с себя полномочия — ее присутствие уже мешало бы деятельности Общества.

 

В годы богоборчества Общество прикрепляется к Академии наук СССР. Любопытна строка из нового устава, отражающая деятельность Общества: «содействие научным экспедициям, образовательным экскурсиям отдельных граждан из СССР». К 1936 году его деятельность практически прекратилась и возобновилась только к концу 40-х. А в 1964 году Хрущев совершает так называемую «апельсиновую сделку», по которой большая часть имущества ИППО в Палестине (22 объекта) продается израильскому государству. Израиль расплатился с Советским Союзом... полумиллионом долларов, двумя баржами яффских апельсинов и текстилем на сумму 1,5 миллиона долларов.

 

Из отечественной недвижимости на Святой Земле непроданным остались здание и участки Русской духовной миссии со Свято-Троицким собором, а из подворий ИППО — только Сергиевское (по нему стороны не смогли договориться), благодаря чему в 2008 году оно было возвращено прежним владельцам. В 2017 году состоялось его освящение. В остальных строениях ИППО сегодня — израильские государственные и общественные учреждения.

 

В 1992 году Палестинское общество вернуло себе свое историческое название и с тех пор стало постепенно возвращаться на Святую Землю.

 

Руководство Общества внесло свой вклад в процесс установления безвизового режима с Израилем в 2008 году. В этом же году были юридически оформлены в собственность ИППО участок в Иерихоне, участок в Вифлееме, где построены культурно-деловой центр и русская школа, и здание Сергиевского подворья в Иерусалиме. 

 

Трудно сравнивать объемы работы ИППО на Святой земле в XIX веке и сегодня. Одна русская школа для арабских детей Палестины и Сирии вместо ста, существовавших в начале прошлого века; два подворья вместо восьми. Но тем не менее — деятельность ИППО успешно возрождается. Благодаря его работе — как сегодня, так и полвека назад — современный русский паломник чувствует себя на Святой Земле вполне комфортно. И на Пасху в Старом городе так же часто можно услышать русскую речь, как и в начале прошлого века.

 

Фотографии предоставлены Музеем ИППО

Благодарим Императорское Православное Палестинское общество
и лично директора музея ИППО Григория Маневича,
а также Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество и
лично исполнительного директора фонда ЕСПО.

 

ФОМА

 

 

Если Вам понравился материал - поддержите нас!
Прочитано 1196 раз

Соцсети